Дело Альдеокоаоталора – прецедент BIA касательно фиктивных разводов и связанные решения

Введение

​Как и фиктивный брак, так и фиктивный развод предполагают, по мнению сторон, заключивших такой брак и оформивших такой развод, получение иммиграционных выгод: фиктивный брак — выгод для супругов-иностранцев, а фиктивный развод — выгод для не состоящих в браке иностранцев.

22 июля 1983 года Совет по иммиграционным апелляциям (BIA) опубликовал свое прецедентное решение в Деле Альдеокоаоталора (Matter of Aldecoaotalora, 18 I&N Dec. 430 (BIA 1983). Все началось из обращения с ходатайством о выдаче иммиграционной визы, поданного в соответствии с разделом 203 (а) (2) Закона об иммиграции и гражданстве (INA). С таким ходатайством могут обратиться только не состоящие в браке сыновья и дочери законных постоянных жителей США (LPR). В данном случае, дочь матери, подавшей заявление, ранее была замужем, но затем расторгла брак перед подачей ее матерью (от имени дочери) ходатайства о выдаче иммиграционной визы. В указанном деле Совет решил, что вышеназванная дочь-иностранка не имеет права на получение визы согласно разделу 203 (a) (2) INA, поскольку она расторгла брак с единственной целью — получить иммиграционные льготы, поэтому такой фиктивный развод не может быть признан в целях иммиграции.

Matter of Aldecoaotalora

История процесса по Делу Альдеокоаоталора (18 I&N Dec. at 430, 430-31)

Мать — заявитель по Делу Альдеокоаоталора, была уроженкой Филиппин. Как уже говорилось выше, она подала ходатайство о выдаче иммиграционной визы в соответствии с разделом 203 (а) (2) INA от имени своей незамужней дочери — 31-летней уроженки Филиппин. В материалах дела говорится, что в ходатайстве утверждалось, что заявитель-дочь является гражданкой Испании. Она вышла замуж за гражданина Испании 15 апреля 1973 года. Кроме того, у нее и ее мужа было двое детей, родившихся 17 марта 1976 года и 13 июля 1981 года соответственно, которые были гражданами Соединенных Штатов. 28 июля 1981 года дочь-заявитель получила развод с мужем.

Региональный директор, который рассматривал ходатайство о выдаче иммиграционной визы, 18 мая 1982 года опросил дочь-заявителя ходатайства. В заявлении под присягой та утверждала, что она развелась с мужем из-за «непримиримых разногласий». Однако после допроса региональным директором, она заявила, что эти разногласия были обусловлены необходимостью получить «грин- карту» (Green Card), чтобы ее дети могли оставаться в Соединенных Штатах. Она также признала, что не только продолжает проживать вместе со своим бывшим мужем, но также продолжает подавать совместные с ним налоговые декларации, осуществлять совместный контроль над своим домом и другим имуществом.

Исходя из показаний заявителя и других доказательств в отчете, региональный директор пришел к выводу, что заявитель расторгла брак с единственным намерением — получить иммиграционную визу в обход системы иммиграционного законодательства. Исходя из этого вывода, региональный директор отказал в ходатайстве, удостоверившись, что заявитель не является не замужней дочерью, поскольку ее развод был фиктивным. Хотя в своем заключении региональный директор, в основном, полагался на показания заявителя в интервью, он также отметил следующее в своем решении об отказе удовлетворить ходатайство о выдаче иммиграционной визы:

  • Официальные данные о занятости бывшего супруга заявителя свидетельствуют о том, что, как утверждал бывший супруг, он был по-прежнему женат и имеет троих иждивенцев;
  • Телефон по месту проживания заявителя был указан в телефонном справочнике под именем ее бывшего супруга.

Фиктивный развод не приемлем для иммиграционных целей: 27 I&N Dec. at 431-32

В конечном итоге Совет согласился с заключением регионального директора. Совет исходил из позиции Конгресса о намерении создать категорию семейного предпочтения для не состоящих в браке сыновей и дочерей LPR. Совет заявил, что целью Конгресса в предоставлении преимущественного льготного статуса для незамужних сыновей и дочерей LPR было воссоединение родителей с детьми, не состоящими в браке, которые хотя и не были несовершеннолетними, но, по-прежнему, были частью семьи.

Совет отметил, что материалы дела свидетельствуют о том, что несмотря на расторгнутый брак, заявитель фактичеески «не разорвала отношения с ее бывшим мужем и не вернулась в семью своих родителей».

Совет ссылался на решение Верховного Суда США по делу Грегори против Хелверинга (Gregory v. Helvering, 293 U.S. 465 (1935), в котором суд рассматривал мнимые сделки, совершенные в обход норм налогового законодательства. Совет разъяснил, что Верховный Суд постановил: сделка совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, недействительная (ничтожная).

Апелляционный суд первого округа США в деле Бойтер против Комиссионера, (Boyter v. Commissioner, 668 F.3d 1382, 1387 (4th Cir. 1981), применил вышеназванную позицию, определенную Верховным Судом США в деле Грегори, к ситуации, в которой ранее состоящие в браке налогоплательщики расторгли брак с единственной целью — избежать налога на «брачный штраф» — «marriage penalty» (когда супружеская пара платит больше налогов, чем они платили бы поодиночке).

Совет заявил, что доказательства, предоставленные по делу, не вызывают никаких сомнений в том, что заявитель расторгла брак исключительно с целью получения иммиграционной визы, поскольку она продолжала фактически состоять со своим бывшим мужем в брачных отношениях.

Регулятивные нормы в Деле Альдеокоаоталора

​По Делу Альдеокоаоталора расторжение брака исключительно с целью получения иммиграционных выгод, является недействительным и не влечет юридических последствий для иммиграционных целей. Исходя из норм раздела 203 (a) (2) INA Совет постановил, что целью установленной категории предпочтения для не состоящих в браке сыновей и дочерей LPR, является воссоединение таких сыновей и дочерей с их родителями в Соединенных Штатах. Соответственно, расторжение брака с единственной целью — попасть в названую категорию семейного предпочтения в соответствии с разделом 203 (а) (2) INA, противоречит основанию для иммиграции.

Фиктивные разводы: Дело Баззи против Холдера (Bazzi v. Holder, 746 F.3d 640 (6th Cir. 2013)

19 декабря 2013 года Апелляционный суд США шестого округа США опубликовал прецедентное решение в Деле Баззи против Холдера (Bazzi v. Holder, 746 F.3d 640 (6th Cir. 2013). Как и в Деле Альдеокоаоталора, в Деле Баззи против Холдера суд рассматривал фиктивные разводы в контексте недопустимости мошенничества или искажения фактов для получения какой-либо выгоды в рамках INA. Так в Деле Баззи против Холдера Ихсан Баззи и его «якобы бывшая супруга» заключили брак в Ливане в 1975 году. Между 1975 и 1976 годом Баззи служил в армии Южного Ливана и имел 5 детей со своей супругой. В 1986 году Баззи и его супруга добились расторжения брака «якобы по причине того, что госпожа Баззи не хотела сопровождать его в США». Его экс-супруга родила шестого и последнего ребенка по окончании процедуры развода. В 1987 году Баззи подал заявку на получение иммиграционной визы за рубежом. Посольство США в Тель-Авиве, куда с Баззи обратился с заявкой, имело подозрения относительно природы развода. Имелось не только несоответствие между показаниями Баззи и его якобы бывшей супруги, но также и невестка Баззи прямо проинформировала посольство о том, что развод был фиктивным.

Фактическая и процессуальная история: 746 F.3d 640, 640-42; 746 F.3d at 642-43; 746 F.3d at 643-45

Посольство США в Тель-Авиве, посчитав, что расторжение брака было фиктивным, отказало на этом основании Баззи в получении визы.

В 1991 году бывшая супруга Баззи въехала в США в качестве не состоящей в браке дочери LPR в сопровождении шестерых, совместных с Баззи, детей. В 1995 году Баззи незаконно въехал в США без допуска либо других разрешений и оставался на территории США в течение восьми лет. Ему было выслано уведомление о явке в суд в 2008 году, когда его заявка на подтверждение статуса LPR была отклонена. За попытку получения визы путем обмана Баззи был признан иммиграционным судом недопустимым на территорию США согласно разделу 212(a)(6)(C)(i) INA. Данное обвинение базировалось на том факте, что в 1987 году он уже пытался получить допуск в США обманным путем, представив себя разведенным. BIA оставил решение иммиграционного судьи в силе. Баззи подал жалобу на пересмотр дела в Суд шестого округа. Во-первых, Баззи утверждал, что выводы судьи не были подтверждены «существенными доказательствами». Во-вторых, Баззи утверждал, что определение суда, в отношении того, что развод был фиктивным, не является основанием для отказа в выдаче визы в соответствии с американским иммиграционным законодательством.

Суд шестого округа:

  1. Принял доказательства причины первичного отказа Посольства США в Тель-Авиве отклонить заявление Баззи о выдаче иммиграционной визы. При этом, в дополнение к непоследовательным показаниям Баззи и его якобы бывшей жены, судом были приняты как доказательства показания невестки Баззи.
  2. Суд получил новые доказательства фиктивного развода Баззи. Так, в 2009 году сотрудники иммиграционной службы США и таможенного контроля (ICE), в ночь перед слушанием дела в суде, предприняли внезапную поездку в дом якобы бывшей жены Баззи. Они выявили доказательства того, что Баззи продолжал фактически проживать со своей якобы бывшей женой (например, были обнаружены одежда и лекарства, принадлежавшие Баззи). К тому же, двое из сыновей Баззи, предоставили приехавшим чиновникам, непоследовательную информацию. Указанные факты опровергали аргумент Баззи о том, что на первоначальный вывод о фиктивном разводе Посольства США в Тель-Авиве не следует полагаться, поскольку он касался событий, которые произошли за двадцать лет до этого, к тому же, полученная новая информация была для суда доказательством того, что расторжение брака, по-прежнему, является фиктивным.
  3. Суд также принял к сведению то обстоятельство, что когда в 1986 году Баззи был опрошен, он утверждал, что добился развода, поскольку хотел переехать в Соединенные Штаты, но его тогдашняя жена отказалась переехать вместе с ним. Тем не менее, его якобы бывшая жена переехала в Соединенные Штаты в 1991 году. Иммиграционный судья воспринял это противоречие как факт, дискредитирующий причину развода, указанную Баззи.

Основываясь на вышеизложенном, Суд шестого округа своим решением, по сути, согласился как с решением по делу, вынесенному иммиграционным судьей, так и с решением Совета, еще раз подтвердив имеющимися доказательствами позицию о том, что развод Баззи был обманом и что он умышленно исказил существенный факт для получения иммиграционной визы.

Фиктивный развод — это в законодательном порядке принятое основание для признания существенно значимых фактов искаженными: 746 F.3d в 645-47

Как уже упоминалось, второй аргумент Баззи состоял в том, что «фиктивный развод», не является основанием для отказа в выдаче визы в соответствии с американским иммиграционным законодательством. Баззи также утверждал, что в связи с фиктивным разводом ему инкриминируют искажения фактов, имеющих существенное значение, однако, как он заявил, иммиграционное законодательство рассматривает как обман, а значит — существенное искажение фактов только фиктивные браки, а не фиктивные разводы, а что касается его развода, то такой развод был лишь правоотношением, которое регулируется исключительно гражданским правом.

Совет отклонил первое возражение Баззи относительно того, что поскольку термин «фиктивный развод» отсутствует в INA, установление факта наличия фиктивного развода, не может служить основанием для признания существенно значимых фактов искаженными. Совет также разъяснил, что в данной ситуации при оценке того, умышленно ли иностранец исказил существенно значимые факты, необходимо ответить на два вопроса: (1) умышленно ли были искажены факты (2) были ли факты существенными (существенно значимыми).

В процессе рассмотрения дела Совет безоговорочно установил, что развод, оформленный Баззи и его женой, был фиктивным разводом. Независимо от того, является ли такой развод законным в соответствии с законодательством Ливана, Суд шестого округа отметил, что Баззи и его предполагаемая бывшая жена «продолжали вести свои дела вместе как муж и жена». Совет заявил, что пытаясь оформить иммиграционную визу, Баззи, несмотря на то, что он знал, что его развод был обманом, умышленно исказил факт, имеющий существенное значение, поскольку «фактическое семейное положение Баззи было, несомненно, существенным» для принятия решения по делу.

Совет отметил, что, несмотря на то, что Баззи был «взрослым человеком и отцом шестерых детей, военным в Южной Ливанской армии и агентом Моссад», он искал иммиграционный статус как не состоящий в браке сын законного постоянного жителя США (LPR). Здесь Суд шестого округа сослался на дело Альдеокоаоталора, отметив, что Конгресс определил семейное предпочтение для не состоящих в браке сыновей и дочерей LPR, несмотря на то, что они не были несовершеннолетними. Это было сделано для того, чтобы указанные дети LPR могли «воссоединиться со своими родителями… и стать членами семейной ячейки». Тем не менее, Совет еще раз акцентировал внимание на том, что Баззи не вернулся в семейную ячейку своих родителей. Касательно того, были ли существенно значимые факты искажены, Суд шестой округа указал, что поскольку вся правда о причине расторжения брака Баззи с его женой была известна Баззи — ему и было отказано в иммиграционной визе, которую он пытался получить. Суд шестой округа, к тому же, сослался на Дело INS против Ю-Шаио Янг (INS v. Yueh-Shaio Yang, 519 U.S. 26, 32 (1996), где «Верховный Суд безоговорочно признал фиктивный развод в качестве потенциальной основы для отказа в льготах в контексте иммиграционного законодательства … ».

Хотя мы не будем подробно рассматривать Дело INS против Ю-Шаио Янг в этой статье, важно отметить: это дело интересно еще и тем, что, как установил суд, фиктивный развод может иметь последствия для принятия решения об иммиграции иностранца и вне визового ходатайства или недопустимости. Так, суд постановил, что оформление «фиктивного развода» для обеспечения въезда иностранца в США является одним из видов мошенничества.

Интересные заявки, исключающие фиктивный развод, по делу Альдеокоаоталора в контексте получения визы типа U

В конце 2016 года Административная комиссия по апелляциям (ААО) Службы гражданства и иммиграции США (USCIS) сослалась на Дело Альдеокоаоталора в ряде неопубликованных решений, которые не связаны с фиктивным расторжением брака. Хотя эти решения не имеют никакой ценности как прецедента для нашей темы, их стоит изучить, чтобы понять, как судебная практика по Делу Альдеокоаоталора применяется даже вне контекста фиктивного развода.

В делах участвовали заявители на получение неиммиграционного статуса U, которые пытались разными способами отказаться от полученного ими статуса LPR. Это было необходимо им для подачи ходатайства о получении визы U, поскольку в качестве LPR эти иностранцы не имели права на получение неиммиграционной визы U. Например, в Деле Т-А-М-W- (Matter of T-A-M-W-, (AAO, Vermont, September 19, 2016) 2016 WL 5899515), ответчик пытался лишить себя статуса LPR исключительно с целью обретения права на получение неиммиграционноого статуса U. В Деле R-C-(Matter of R-C-, (AAO, Vermont, September 12, 2016) 2016 WL 584235), инвестор-иммигрант также пытался лишиться статуса LPR для того, чтобы получить статус неиммигранта U. В Деле A-B-P (Matter of A-B-P, (AAO, Vermont, December 12, 2016) 2016 WL 5899515), заявитель на получение визы типа U утверждал, что поскольку он получил статус LPR путем заключения фиктивного брака, он должен быть лишен полученного статуса LPR (следует отметить, что в этом случае формальное решение относительно лишения его статуса LPR было принято).

В каждом из вышеназванных дел ААО ссылалась на Дело Альдеокоаоталора. Кроме того, ААО обратилась и к Делу Грегори против Хеверлинга (Gregory v. Heverling), чтобы заострить внимание на том, что нельзя соглашаться с действиями, находящимися вне правового поля, обозначенного американским законодательством, поскольку поступать таким образом — «усиливать влияние обманных действий над реальностью и лишать нормы законодательства любой серьезной цели». Под указанными действиями в данном случае имелись ввиду попытки иностранцев лишиться статуса LPR либо продемонстрировать, что такой статус был утрачен и это делалось исключительно для того, чтобы позволить лицу быть классифицированным как неиммигрант в статусе U.

В связи с этим ААО обратилась к отсылке Совета к Делу Грегори против Хеверлинга Gregory v. Heverling «с целью обратить внимание на то, что если действия, на первый взгляд, лежат вне плоскости определенного законодательства, с этим не следует полностью соглашаться, поскольку поступать таким образом — значит, усиливать влияние обманных действий над реальностью и лишать положения законодательства любой серьезной цели». «Действиями» в данном случае были попытки лишиться статуса LPR либо продемонстрировать, что такой статус был утрачен, поскольку таковым не являлся — с единственной целью разрешить лицу классифицироваться как неиммигрант в статусе U.

Вывод

​Дело Альдеокоаоталора демонстрирует со всей очевидностью, что развод, полученный исключительно с целью обхода американского иммиграционного законодательства, является не действительным для иммиграционных целей. Этот вопрос, как правило, возникает в случаях, когда иностранец должен «не состоять в браке», чтобы быть квалифицированным для получения иммиграционной визы. Тем не менееж другие дела демонстрируют, что могут иметь место более серьезные последствия при поиске иммиграционный преимуществ, основанных на фиктивном разводе, чем простое отклонение одиночной заявки. В зависимости от конкретных обстоятельств, поиск иммиграционных преимуществ, основанный на фиктивном разводе, может привести к признанию иностранца недопустимым на территорию США вследствие умышленного искажения существенно значимых фактов. Предоставление заведомо ложных доказательств касательно фиктивного развода может способствовать не только неблагоприятным выводам относительно моральных качеств, но и рассматриваться как основание для отказа в предоставлении иммиграционных преимуществ.

При поиске каких-либо иммиграционных преимуществ важно быть откровенным. Помимо признания недействительными определенных действий, обман — как умышленное искажение существенных фактов, может привести к более серьезным и долговременным последствиям, чем отказ по одиночной заявке. Иностранец должен проконсультироваться с опытным иммиграционным адвокатом при поиске иммиграционных преимуществ либо каких-либо других форм иммиграционной помощи.